Действия

Армия эмирата Афганистан

Материал из ВикиВоины

5.00
(1 голос)

Армия эмирата Афганистан — регулярная армия эмирата Афганистан, которая существовала с 1823 по 1926 гг.

Именно данная армия была главной вооружённой силой Афганистана на протяжении большей части XIX века и начала XX века. Также данная армия принимала участие в трёх англо-афганский войнах, за что по большей части и получила свою известность в европейских источниках.

История[править]

Армия эмирата Афганистан является своего рода преемником армии империи Дуррани, которая существовала на территории Афганистана до 1823 г.

Организация[править]

Вооружение[править]

По словам Михаили Стасюлевичи, составителя "Военно-статистического сборника за 1868 год", вооружение типичного афганского (гератского) пехотинца состояло из кремнёвого мушкета, пульвара и длинного ножа каруд. Нож оставался популярным, хотя и неофициальным, оружием среди афганских пехотинцев вплоть до конца XIX века.

Обычным вооружением афганских офицеров был кремнёвый пистолет (позднее револьвер) и меч, оба предмета вооружения имели британское, афганское или, позднее, российское происхождение.

Кавалерийский дафадар (десяточный унтер–офицер), кроме карабина и сабли, был вооружён ещё пикой длиною в 2,1 м, с флюгером. Рядовые афганские кавалеристы были вооружены гладкоствольными карабинами и саблями. Помимо местных и братских сабель, афганские кавалеристы ближе к 1880-м гг. начали использовать изогнутую саблю, описанную в журнале "The Graphic" от 30 мая 1885 г. как копия казачьей шашки, без гарды, так что весь эфес, кроме 2,5 см, "хорошо помещался в ножны", которые подвешивались за кольца, прикрепленные к выпуклой стороне ножен.

Униформа[править]

Хотя некоторые современники считали, что введение военной униформы в афганской армии началось только после Первой афганской войны (1839 - 1842 гг.), она уже ограниченно использовалась, по крайней мере, 30 годами ранее, и начала приниматься в более широком масштабе под влиянием иностранных инструкторов, нанятых как раз в 1830-х гг. С самого начала эти мундиры отражали британское влияние (британский офицер Элфинстоун описал афганскую пехоту, которую он видел в 1809 г., как "одетую в подражание нашим сепаям"), и это оставалось неизменным на протяжении большей части XIX века, даже после усиления российского влияния в 1880-х гг. К середине XIX века в афганской регулярной армии началось внедрение униформы западного образца. Вначале большинство из них было получено из бракованных и лишних запасов Ост-Индской компании, а затем и британской армии, закупленных агентами эмира Афганистана в Пешаваре и других индийских пограничных пунктах, но к концу 1850-х гг. в Кабуле стали изготавливать и местные копии данной униформы. Вскоре после 1869 г. Шир-Али официально создал свой собственный "Отдел армейской одежды", который, по словам Говарда Хенсмана, сотнями производил "имитацию костюмов горцев и стрелков, или старую форму Панди[2]", включая туники, брюки, килты, гетры и даже каски, "все аккуратно сделанные", а также патронташи, ремни для ножен штык-ножей и т. д., сделанные "по английскому образцу".

Период с 1850-х гг. и до конца Второй афганской войны (1880 г.), по-видимому, стал временем почти повсеместного введения униформы в афганской регулярной армии. Последующий спад в её использовании при Абдур Рахман-хане в 1880-х гг., несомненно, стал результатом изменения политики, в соответствии с которой солдаты должны были самостоятельно покупать свою собственную форму, в то время как при Дост Мухаммеде и Шир-Али (1834 - 1880 гг.) униформа выдавалась государством (теоретически раз в 2 года), а её стоимость вычиталась из жалования солдат. Впрочем, в мирное время государство выдавало преимущественно только головной убор, ремень и подсумки для боеприпасов (поскольку, в частности, без военного ремня "на солдата смотрели как на гражданского"), и повседневная одежда солдат стала, мягко говоря, довольно разнообразной. Полная униформа предоставлялась государством только в военное время. При этом когда государством регулярно выдавалась полная униформа, эффект от этого все-равно был не таким, каким планировался. Так, например, британский офицер Гарри Бёрнетт Ламсден в 1857 г. отмечал, что использование поношенных и плохо сидящих британских вещей придавало афганским полкам "очень неряшливый" вид. Кроме того, афганские солдаты сами не всегда хотели носить полную униформу, в частности, часто отказывались от брюк европейского образца в пользу национальных шаровар-томбонов — например, в битве при Чарасиабе в 1879 г. афганские пехотинцы были описаны как "полуодетые в форму", на них были куртки, но не было брюк; похоже, что так же было, по крайней мере, с некоторыми войсками, защищавшими форт Али-Мусджид в ноябре 1878 г. Даже более поздние попытки Абдур-Рахмана запретить мужчинам носить свои собственные "уродливые брюки", штрафуя их на сумму до 6 месяцев жалованья, очевидно, не имели большого эффекта. Хенсман утверждал, что афганские сипаи (солдаты), которых он видел в июле 1880 г., были узнаваемы только по тому, что носили "перекрестные ремни, подсумки и штыки", а в 1878 г. русский офицер Николай Гродеков упоминал, что сопровождавшая его афганская кавалерия "надела свои красные мундиры и фуражки" только при приближении к Герату в конце марша.

Офицеры[править]

Офицер с пульваром и револьвером Beaumont-Adams, 1878 - 1880 гг. Автор Иэн Хит.

Офицеры афганской регулярной армии, в отличии от её солдат (которые все-таки носили установленную униформу), одевались крайне разнообразно. Ещё в 1857 году Ламсден отмечал, что "офицеры всех званий, даже внутри одного полка, появлялись во всех мыслимых британских костюмах", а Генри Белью дополнял, что "у них, похоже, не было определенной униформы, поскольку каждый был одет в костюм, регулируемый индивидуальными вкусами и представлениями о том, какой должна быть военная форма". Он видел в Калате в том году четырёх афганских офицеров, и описал их внешний вид: первый офицер носил фуражку и фрачный мундир Королевского флота; второй офицер был одет в алую куртку (shell jacket), белые брюки и гражданскую шляпу из чёрного шелка; третий носил военный повседневный сюртук и кустарно изготовленную шапку из лисьего меха; наконец, четвертый генерал был в "полном костюме из белой бязи, пошитом по английской моде из состоящего сюртука, жилета и брюк", который венчала генеральская двууголка с плюмажем из белых перьев. Однако это, все-же, самые экзотические примеры, и к 1870-м гг. большинство офицерских мундиров афганской армии — за исключением тех, что носили генералы, — стали более сдержанными, о чем можно судить по сохранившимся изображениям. Тем не менее, Чарльз Эдвард Йейт ещё в 1885 г. замечал, что "офицеры как кавалерии, так и пехоты одевались в соответствии со своей индивидуальной фантазией, без малейшей взаимосвязи с униформой своих людей", что вскользь подтверждал также и Гордон Крид, который в своих записках о событиях 1879 г. указывал, что офицеры полка, солдаты которого носили униформу цвета хаки, были одеты в алые мундиры. Гродеков в 1878 г. описывал увиденных ним афганских офицеров одетыми "в тёмно–синий сюртук, черные штаны и войлочную шляпу, с широкими полями, обернутую голубою кисеею" (прозрачная тонкая лёгкая ткань). Мухаммед Якуб-хан, будучи губернатором Герата в 1872 г., носил практически идентичную одежду, состоящую из "европейского военного синего мундира с петлицами", чёрных брюк и овчинной гератской шапки. Вне службы офицеры носили национальный костюм: короткий архалук из бумажной материи, зачастую синего цвета, и чалму. Также стоит обратить внимание, что, в отличие от рядовых, офицеры обычно сохраняли бороду. Майор Джеймс Колкахун описывал офицеров афганского кавалерийского полка в 1879 г. как одетых "почти так же, как и рядовые, но полковник был одет в старый штабной китель с золотой вышивкой"; Джошуа Дьюк также писал об этом полковнике, упоминая, в частности, что он был одет в "парадный алый мундир, покрытый золотыми петлицами".

В 1889 г. французский путешественник Габриэль Бонвало встретил нескольких афганских офицеров, один из которых носил шапку, похожую на туркоманскую, но со сбритыми волосами, и, следовательно, из шерсти, а не из войлока. Младший офицер, встреченный незадолго до этого, был одет как обычный пехотинец того времени, но вместо туркоманской шапки он носил бескозырку, отороченную мехом и завернутую в небольшой тюрбан, а его чуть более длинная куртка была чёрного цвета с красным воротником.

Пехота[править]

Пехотинец, 1857 г. Автор Иэн Хит.

Британский врач индийского происхождения, работавший в Афганистане, Белью оставил подробное описание униформы афганской пехоты, которую он увидел собственными глазами в Кандагаре в 1857 г. Один из афганских пехотных полков носил красные куртки, другой — "чёрную униформу европейского образца", а у третьего, похоже, была своя форма для каждой роты — одна рота носила синие куртки, чёрные брюки и белые фуражки, а белые поперечные ремни были настолько грязными, что стали почти коричневыми; другая рота носила красные куртки, белые брюки, поперечные ремни и "старомодные шако" (кивера); третья рота была "полностью одета в форму из чёрной ткани". Белью в своих записках несколько раз упоминал о том, что афганцы предпочитали красную униформу, объясняя это тем, что "красный мундир высоко ценился афганскими правителями и был столь же страшен для их подданных". Он утверждал, что в каждой экспедиции афганская армия всегда комплектовалась контингентом, "одетым в красные мундиры и шако" из-за морального эффекта, который они оказывали на врага. Венгерский востоковед и путешественник Арминий Вамбери, побывавший в Герате вскоре после его взятия Дост Мухаммедом в 1863 г., также упоминал, что "любимая одежда афганского солдата — красный английский мундир, с которым он не расставался даже во сне". Белью, Вамбери и, в 1872 г., путешественник Хипписли Марш упоминали о коротких штанах афганских пехотинцев. Их покрой, похоже, регулировался принципами строжайшей экономии, поскольку в каждом случае они были на 10 - 13 см короче, а ниже ступни их фиксировали длинными и заметными ремнями из белой ткани, чтобы предотвратить их слишком высокое натяжение на ноге. Вамбери упоминал, что афганцев, которых он видел, "можно было бы принять за европейских солдат, если бы на босых ногах большинства из них не было остроносых башмаков кабули, а их короткие штаны не были так туго натянуты, что грозили в любой момент лопнуть и взлететь выше колена". Хипписли Марш просто указывал, что "их штаны были слишком короткими, но хорошо подтянутыми". Белью также описывал униформу полкового оркестра, который он увидел в Калате. Эта униформа состояла из "грязно-жёлтых штанов с широкой полосой ярко-зеленого цвета по ногам, курток барабанщиков[3] и шако". Эти музыканты, по словам Марша, "больше походили на отряд арлекинов, чем на военных музыкантов".

Гератский пехотинец с карудом на поясе, 1869 г. Автор Иэн Хит.

Помимо центрального правительства в Кабуле, фактически автономные правители таких провинций, как Герат и Балх, имели свои собственные регулярные войска, обмундированные по западному образцу — действительно, во многом именно правители Балха оказали влияние на решение Дост Мухаммеда модернизировать свою армию — и в гражданской войне 1864 - 1869 гг. войска с обеих сторон были обмундированы по западному образцу, как и в боях за Герат в 1863 г., когда Дост Мухаммед захватил город. Вамбери описывал, что регулярные войска Дост Мухаммеда, которых видели в Герате в том году, все ещё носили шако (кивер), но вскоре после этого от них отказались в пользу шапки в форме улья — её носили регулярные гератские войска не позднее 1837 г. В дальнейшем данная шапка стала предпочтительным головным убором афганских военных вплоть до 1880-х гг. и могла быть из овчины или войлока, хотя местная каракулевая шапка, с которой она была скопирована и которую носили местные племена джемшиды и хазарейцы, появилась значительно раньше. Обычно эти шапки были цветными. Британский солдат Йейт видел в афганских войсках в 1886 г. маленькие коричневые войлочные ульи, иногда с "маленькой кисточкой на верхушке и чёрной полосой вокруг низа, с кокардой на одной стороне". В "Военно-статистическом сборнике за 1868 год" приводится подробное описание одежды гератской пехоты в конце 1860-х гг.: "ярко-синий мундир из лёгкого хлопчатобумажного материала, пошитый на английский манер, с длинными полами, воротником-стойкой и металлическими пуговицами; панталоны также из хлопчатобумажного материала, узкие и очень короткие с полосками (ремнями). На ногах — тапочки, надеваемые на голую ногу. Головной убор на службе — конусообразная персидская шапка; вне службы — красная остроконечная тюбетейка для старых солдат, жёлтая — для новобранцев. Различий в форме и т. д. между несколькими полками нет".

И Марш, и Белью подробно описывали войска афганского гарнизона, замеченные в Кандагаре в 1872 г., наиболее интересным из которых был Кабульский полк, одетый в "узкую куртку и брюки, пошитые по старому английскому образцу", которые были сделаны из местной полосатой шерстяной ткани, по описанию напоминающей постельное белье, т. е. материал, использовавшийся в то время для изготовления матрасов и подушек. Поперечные ремни и подсумки были из коричневой кожи, а головным убором служила коническая стеганая красная шапочка кула (kullah) с кисточкой из красной или алой шерсти на конце. Марш считал, что отсутствие тюрбанов придавало их бритым головам "очень голый, холодный вид". Из двух других полков, которые видел Белью, один носил красные куртки, а другой (Кандагарское подразделение) — "форму цвета выцветшей жёлтой охры", что, возможно, указывает на форму хаки. Бритая голова была характерна для афганцев-мусульман в это время. Однако сбривание бороды, а также ношение бакенбардов, а зачастую и усов, было подражанием британской практике. Ламсден в 1857 г. писал, что бороду сбривают для того, чтобы "сделать распознавание дезертира более вероятным".

Пехотинец-гвардеец из Мазари-Шарифе, 1878 г. Автор Иэн Хит.

Путешествуя по афганскому Туркестану как раз в тот момент, когда между Шир-Али и англичанами вот-вот должна была начаться война, Николай Гродеков подробно описал увиденную им униформу. В Мазари-Шарифе гвардейцы в резиденции губернатора были одеты в "красный суконный мундир с жёлтыми воротниками, погонами и обшлагами и белыми кантами по борту, воротнику и обшлагам, белые бумажные штаны, башмаки на босу ногу и войлочные каски с металлическими звездами на лбу; шеи повязаны белыми платочками". Портупеи поясные и через правое плечо; последняя прикреплена к поясной; все из белой кожи. Гарнизон Меймене, похоже, особенно поразил Гродекова, поскольку он отметил, что "не смотря на свою представительную наружность, парадеры напоминали опереточных солдат: так не шел им европейских мундир, так они были неловки в строю". Он пишет, что мундиры были разных цветов: красные с жёлтыми приборным цветом; синие с красными или малиновыми воротниками и обшлагами; и "чёрные мундиры с белыми воротниками, погонами и обшлагами". Головной убор состоял либо из тюрбана, либо из полосатой хлопчатобумажной "каски" с козырьком и небольшим пучком петушьих перьев наверху. Йейт также упоминал подобные "каски", увиденные в Мазари-Шарифе в 1886 г. (где их носили как пехотинцы, так и кавалеристы), как "имитацию русских шапок из грязного чёрного сукна, с красной полосой и огромным козырьком, обычно неправильно надетых; и шапка, будучи надета на голову, больше напоминала бесформенный ночной колпак, чем что-либо другое". Другие упоминания о цветах пехотной формы в период 1878 - 1880 гг. можно найти в современных британских официальных документах и отчетах о Второй англо-афганской войне. Например, в официальном отчете говорится, что один из мятежных полков в Кабуле в 1879 г. был одет в чёрное; Ричард Гордон-Крид видел в Гандамаке роту, "одетую в хаки с чёрным приборным цветом и маленькими чёрными фуражками", а регулярные войска Аюб-хана в Майванде были описаны офицером 66-го полка как одетые "в красное и синее" — несомненно, имеются в виду красные мундиры и синие брюки. Уоллер Эйш описывал двух афганских солдат, взятых в плен в июле 1880 г., как одетых в "потрепанные остатки того, что когда-то было живописной и качественной униформой, состоящей из тёмно-фиолетового тюрбана, серой туники и хорошо поношенных панталон", а во время битвы при Кандагаре в сентябре Говард Хенсман видел некоторых солдат в "куртках тёмного цвета, и тюрбанах, увенчанных маленькими жёлтыми помпонами, которые давным-давно носили европейские армии", а другие были "одетые в хаки", и, предположительно, также носили тюрбаны, поскольку их ошибочно приняли за индийскую пехоту. На погонах, кстати, по крайней мере иногда указывался номер полка: Джошуа Дьюк, например, в своих воспоминаниях писал, что цифры "2" и "3" были замечены на погонах афганских раненых в Чарасиабе в октябре 1879 г. Особо необычную униформу также носила т. н. "Гвардия горцев эмира", чьей главной особенностью стали настоящие шотландские килты или их местные копии.

Пехотинец, 1885 г. Автор Иэн Хит.

Каски афганской пехоты, неизменно описываемые как сделанные из войлока (фетра), были менее изысканными на вид, чем британские каски Альберта, с которых они были скопированы. Так, например, Йейт описывал одну из них как "грибовидную", хотя Гродеков упоминал, что некоторые из них также имели металлический значок (кокарду) спереди. Также известно, что по крайней мере в одном случае эту каску носили поверх тюрбана. Помимо этого, Йейт приводил различные другие подробности об униформе афганской пехоты в 1885 г., отмечая, например, что "счастлив тот афганец, который может щеголять в красном кителе британского солдата" (мимоходом отмечая, сколько значков различных английских полков можно было увидеть на них), но что на параде было трудно отличить полки друг от друга, "поскольку только часть солдат была одета в униформу", хотя большинство все-же носило "положенную по уставу фетровую шляпу". Единственные цвета униформы, о которых он упоминал, — красный, а также "грязные мундиры цвета хаки и белые брюки". Два пехотных полка, которые Редьярд Киплинг видел в Равалпинди в том же году, носили "белые парусиновые брюки, европейские сапоги и китель синего цвета с красной отделкой". Дошедшие до нас изображения свидетельствуют, что к 1885 г. афганские солдаты теперь уже зачастую носили бороды и больше не брили головы, некоторые из них и вовсе были изображены с довольно длинными волосами, хотя это также могло зависеть от этнического происхождения солдата. Почему и когда произошли эти изменения, неизвестно.

К 1885 г. пехотные гвардейцы Афганистана, согласно описанию русского путешественника-авантюриста Бориса Тагеева, носили брюки белого цвета или хаки; красные куртки с белой подкладкой, белыми или жёлтыми воротниками, жёлтыми или красными погонами и пуговицами "с английской государственной эмблемой"; обувь с загнутыми носками; и "кожаные каски" с латунной "английской эмблемой" на передней части. Хотя устаревшее британское снаряжение все ещё широко использовалось, английский офицер, присутствовавший в Равалпинди, отметил, что афганская униформа, увиденная там, "имела явно русский покрой", а современные изображения демонстрируют многочисленные русские черты, такие как патронташи, носимые крест-накрест через плечи, круглые меховые шапки и широкое использование пехотинцами высоких сапог. Киплинг, однако, рассказывал, что афганцы так плохо обращались с сапогами до колена — засовывали ноги только наполовину, "выворачивали каблуки наизнанку" и т. д., — что он удивлялся, как им вообще удалось проделать в них весь путь от Кабула.

Кавалерия[править]

Кавалерист, 1879 г. Автор Иэн Хит.

Джошуа Дьюк, говоря об униформе афганской регулярной кавалерии, писал, что её солдаты были одеты в "неряшливый алый мундир, свободные синие штаны, небрежно заправленные в грязные сапоги без шпор". Также их внешний вид дополнялся белыми патронташами и амуницией, саблей, карабином и, наконец, кабульским хлыстом для верховой езды с короткой рукояткой. Каждый солдат носил "отвратительный шлем сланцевого цвета уродливой формы". Джеймс Колкахун, описывая тот же контингент, указывал, что афганские кавалеристы были "одеты в старые британские мундиры из красного сукна с белыми ремнями, более или менее запачканные глиной, довольно мешковатые синие хлопчатобумажные штаны и длинные сапоги чёрного цвета" (Николай Гродеков писал про "высокие сапоги из нечерненой кожи, с прямыми голенищами, т. е. совсем без складок от подъема до колена"). Единственным чисто афганским (туземным) предметом их одежды был головной убор, который, впрочем, тоже был копией настоящей английской каски, но был сделан довольно бесформенным из мягкого серого фетра. Колкахун также добавил к сведениям Дьюка, что хлыст засовывался в правый сапог, когда в нем не было необходимости, а также, что многие кавалеристы носили некие защитные козырьки для лица ("большие куски картона, покрытые тканью и прикрепленные к шлему над козырьком, закрывающие от солнца либо боковую, либо переднюю часть лица, в зависимости от необходимости"), которые вешались на шею, когда не использовались. Оба эти описания относятся к каскам, однако на большинстве сохранившихся изображений таких кавалеристов они были неизменно показаны в гератской шапке, описанной ле Мессурьером в этом контексте как "крашеная овчина шерстью наружу, покрывающая большую войлочную шапочку без полей". Также на имеющихся изображениях кавалеристы показаны со шпорами, несмотря на то, что Дьюк утверждал обратное.

В суровую погоду афганская регулярная кавалерия носила овчинные полушубки (poshteen), как и их англо-индийские коллеги, которых они довольно сильно напоминали (Хипписли Марш описывал отряд, который он увидел в Кандагаре в 1872 г., как созданный в подражание британской туземной кавалерии). Это сходство наиболее ярко видно в описании кавалерийской стычки в Гул-Котуле в январе 1879 г., когда на большом расстоянии британцы не могли отличить афганцев от своей же туземной кавалерии, а вблизи распознавали афганских кавалеристов только по их своеобразной меховой шапке, похожей на маленький кольбак, с "красным суконным гребешком спереди на лбу". Из других упоминаний известно, что седла и упряжь были британскими, что "плащ" (несомненно, национальный халат чога) был свернут перед седлом, а за ним находилась пара седельных сумок и свернутое одеяло или что-то подобное. Гродеков упоминал некоторые дополнительные детали снаряжения афганских кавалеристов, например, что "металлический прибор к лядункам и поясам был с английскими гербами и надписями, вроде "1-й Бенгальский полк лёгкой кавалерии", "Боже, храни королеву" и т. д., причем афганцы, очевидно, не понимали значения данных надписей, поскольку часто можно было встретить пряжки и бляхи, расположенные верх ногами.

Гератский кавалерист, 1879 - 1885 гг. Автор Иэн Хит.

Альтернативная кавалерийская форма, упоминаемая в источниках, описана лордом Робертсом в отношении отряда гвардейского полка Рисала-и-Шахи в июле 1879 г., который был "одет как британские драгуны", за исключением того, что на них были "старые списанные каски бенгальской конной артиллерии". Также Генри Белью упоминал о полке, который он видел в Кандагаре в 1872 г. и который носил "синие гусарские куртки, сапоги и алые меховые шапки" (мимоходом подтверждая, что гератская шапка иногда могла быть цветной). Гродеков также встречал регулярных афганских кавалеристов в "мундирах, несколько похожих на гусарскую венгерку" в Маймане в 1878 г. Йейт в 1886 г. кратко описывал униформу нескольких афганских кавалерийских полков, один из которых носил коричневые куртки, синие брюки, длинные сапоги и фуражки, подобные тем, что носили пехотинцы из Мазари-Шарифе. Корреспондент журнала "Illustrated London News" подтверждал, что афганская кавалерийская форма в 1885 г., как и в 1878 - 1880 гг., была в основном либо красной, либо синей.

Кавалерийские полки, сформированные в Герате и афганском Туркестане, обычно одевались по туркменской, а не по афганской моде. Гравюра с изображением таких кавалеристов была опубликована в журнале "Illustrated London News" от 27 сентября 1879 г., а в оригинальной подписи значилось, что гератские кавалеристы носили "большие чёрные шапки из овчины, длинные пряди которых спускались на глаза и лицо, придавая дикий вид их носителям". Там же было указано, что это туркоманский стиль головного убора, и что он был распространен в войсках Герата и вдоль северной границы Афганистана. В мае того же года дезертир из такого полка (расквартированного в Кабуле) был одет в "огромную коричневую меховую шапку размером примерно с гренадерскую меховую шапку". Его униформой был красный суконный китель, но поверх него он носил чогу, которая скрывала его форму. На иллюстрации в журнале "The Graphic" от 30 мая 1885 г. была изображена группа узбекских улан, которые были одеты очень похоже на гератских кавалеристов, хотя они носили куртки явно более военного образца, с погонами, воротником-стойкой и пуговицами. Однако узбеки (которых англичане презрительно прозвали "домашними клопами") обычно носили тюрбан, обернутый вокруг фуражек (униформа 2-х узбекских полков афганской армии в 1890-х гг. специально упоминается как отличающаяся "фиолетовыми шапками с чёрными козырьками"), и в 1885 г. теоретически ещё не было узбекских частей в регулярной армии Афганистана, так что, возможно, на изображении в журнале "The Graphic" на самом деле показаны туркменские уланы, или, иначе, узбекские иррегулярные части на службе Афганистана. Редьярд Киплинг также называл один из кавалерийских полков в конвое Абдур Рахмана в Равалпинди "узбекскими уланами"; они носили "мундиры горчичного цвета" и "лохматые шапки". Йейт описывал полк туркоманских улан, сформированный в афганском Туркестане, который он видел в Кабуле в 1886 г.: они носили "огромные шапки из овчины", синие мундиры и синие шаровары, а копья у них были выкрашены в зелёный цвет, "настолько длинные, что у них не было бушмата, и им приходилось ставить их на землю". У их копий были сине-белые флюгера.

Артиллерия[править]

Артиллерист с шашкой, 1878 - 1885 гг. Автор Иэн Хит.

Ещё в 1857 г. Ламсден писал, что афганские артиллеристы были одеты в британские старые артиллерийские мундиры, однако неясно, имел ли он в виду артиллерию Ост-Индской компании или артиллерию британской армии, но поскольку он был офицером именно Ост-Индской компании, первый вариант кажется более вероятным. В 1879 г. солдаты из горной батареи, сопровождавшие Якуб-хана, были одеты в синие мундиры и латунные каски (вероятно, местные копии каски Альберта), так что можно предположить, что данная униформа основывались на старой форме Бенгальской конной артиллерии (тем более что каски данного полка уже использовалась в афганской гвардейской кавалерии).

Британский майор-генерал Реджинальд Митфорд описывал каски афганских артиллеристов, брошенные вдоль афганской линии отступления после битвы при Чарасиабе, как хорошо сделанные, "с пластинчатыми креплениями и красным плюмажем из конского волоса, на пластине спереди изображены три пушки и персидская надпись". После сражения за перевал Пейвар-Котал в декабре 1878 г. майор Джеймс Колкахун также отмечал, что в афганском артиллерийском лагере "артиллеристы оставили свои латунные каски с серебряной отделкой и фуражные шапки", а Чарльз Робертсон упоминал, что "чёрные фуражные шапки с красным околышем валялись повсюду".

Зарисовка афганского артиллериста с натуры имеется в выпуске журнала "Illustrated London News" за 16 мая 1885 г., её выполнил с натуры лейтенант 3-го пенджабского полка Оффли Шор. Другой очевидец тех событий, британский артиллерист Хоннер, писал, что одежда афганских артиллеристов на этот раз была "несколько похожа" на одежду британской горной батареи, особенно он выделил их фуражку — "тёмно-синяя фуражка с красным околышем, идентичная по форме и материалу обычной футбольной или яхтсменской фуражке". Интересно, что присутствующий на том же мероприятии писатель Редьярд Киплинг заметил, что лафеты афганских артиллерийских орудий были выкрашены в зелёный цвет, что было довольно необычно для азиатских армий того времени. Наплечный ремень, фиксирующий ножны меча высоко подмышкой, возможно, появился только в 1880-х гг.

Галерея[править]

Интересные факты[править]

  • В составе афганской армии находился элитный Полк змей, который получил такое прозвище в 1877 г., за особенное отличие, оказанное им при отбитии 500 пленных жителей, захваченных туркменами в окрестностях Меймене. Когда было получено известие об этом аламане, полк находился в Мазар–и–Шерифе. Он в 2 дня прискакал в Меймене и на четвертый день настиг аламан, много порубил туркмен и освободил всех пленных. Полк, как змея, повсюду пролез, отчего и получил свое название.

Примечания[править]

  1. С перерывами.
  2. Слово "Панди" широко использовалось британцами как синоним индийского мятежника, т. е. сепая.
  3. Очевидно, имеются в виду расшитые шнурами и галунами мундиры.

Источники[править]